Мы сидим по домам и никто ни с кем не знаком слушать

Вен. Ерофеев-младший. Тот, который завязал

Мы сидим по домам. И никто ни с кем не знаком Слушать онлайн Дон Жуан (Игорь Пушкарев) Телефонный роман на Megalyrics — легко и просто. слушать/голосовать 1) Мы сидим по домам, И никто ни с кем не знаком. 2) И пойдешь ты на риск, Слыша голос, не зная в лицо Пусть. СУФЛЕР Прослушать или скачать Валерий Леонтьев Суфлер бесплатно на Простоплеер Музыка Владимира Мы сидим по домам. И никто не с кем не знаком Жизнь – это бал и закончится бал, как ни длится.

То есть имел жизненную позицию. Во-вторых, Ерофеев-младший, вернувшись из армии в м, привозил Ерофееву на улицу Флотскую спиртные напитки. Где они совместно их распивали. У кого еще, спрашивается, был такой детский садик и такие университеты. Только у Венедикта Венедиктовича Ерофеева.

Вы, может быть, спросите: Я скажу, что его биография тоже имеет белые пятна. Выпивал, конечно, и восстанавливал себя из обломков. Работал в местном колхозе, потом в фермерском хозяйстве. И они меня напаивали. Потом друзья ерофеевские мне звонили: И мне было стыдно.

Вот я не пью уже семь лет. Отвечаю за каждое слово. Вокруг и повсюду успевает Галя, жена Вени. То есть вот мы сидим на крыльце, и Галя успевает: Далее на вопросы отвечал Ерофеев-младший. Он меня всегда спрашивал: Ему всегда не нравилось то, что я читаю. Он делал такую гримасу, и этот его знак — ладонью — отторгающий. Даже когда в м году я из армии пришел — запоем прочитал Ремарка. Опять же сделал такую недовольную гримасу. Может, внутри порадовался, а показывать — никогда не показывал.

Чем Набоков-то не угодил?! Ты знаешь, я с ним общаться мог, будучи поддатым. Трезвый я просто… не то чтобы боялся. Как-то я был перед ним: У него всегда расценки были по высшему разряду, понимаешь.

Если ты Ерофеев, то изволь соответствовать. Если я в Петушках не выстаивал очередь километровую за вином, я ехал до Курского вокзала, там на Земляном Валу стоял магазин, и не особо было много народу. Уж коньяк там всегда можно было взять почти без очереди. Даже в страшном м году. Но я все равно брал, потому что боялся ехать на трезвую голову. Казалось, так вот лучше, легче. И ведь его втравливал, понимаешь.

Ему же врачи совершенно запрещали. Доходило до того, что его жена меня просто обыскивала. Я приезжал на Флотскую, поднимался на их семнадцатый, по-моему, этаж и прятал водку за мусорный бак. Она меня обыскивала — ничего. А потом потихоньку он мне: Я выходил, как будто покурить, брал бутылочку. И мы с ним сепаратненько. Он уже последнее время пьянел от совершенно малых доз.

Я по детству помню, что Венедикт Васильевич не пьянел. Мог выпить литр водки, совершенно не закусывая. Я не помню у него жевательных движений никаких.

И оставаться в здравом уме, говорить, потом встать и, не покачиваясь, идти домой. Дело доходило до того, что его, когда он приезжал к нам, звали на какие-нибудь торжества только ради того, чтобы посмотреть, как Венька Ерофеев пьет. Когда я начинал заговариваться и нести околесицу, говорил: А потом увидел, что ну ничего ты уже со мной не сделаешь, вот такой я, как есть, природа на мне здорово отсыпается, и махнул рукой.

Но когда я приезжал, он очень это любил. Ну дурачок и дурачок. Кого ни прочитаешь, приедешь, говоришь ему: И вот этот отторгающий его — ладонь — вот этот знак. Значит, ну м…к ты полный. Читаешь ты говно какое-то. Уже я и не знал, кого мне читать.

А потом я уже смирился. Ну, прочитал и прочитал. Книгу дала наша учительница химии. Они же с Ерофеевым учились на одном курсе в Орехово-Зуевском пединституте. А у меня была пара одноклассников, неглупые ребята. Они у меня выпросили: Там был кипеж. Это же был самый разгар андроповщины. Хорошо, не было названо имя учительницы Соломатиной. Как-то постарались это все замять. Просто отобрали книжку, и. Он же воровал книги в библиотеке. Выносил их за ремешком.

Он же ездил по всей стране. Поначалу приглядывался к библиотеке, есть ли там чего-нибудь стоящее. А уже когда кончалась эта командировка, он уже знал, что взять. И сматывался со своей бригадой. И так вот библиотечка у него росла. Но он брал те книги, которые не брал. Вот знаешь, сзади этот листик. Он был совершенно пустой. Поэты какие-то там девятнадцатого века малознакомые.

Библию он знал наизусть. Новый Завет — естественно. И этим очень гордился. Повторял не один раз, даже в интервью: Венедикт Васильевич — такая у него была планочка. В м примерно году — я уже ходил в школу — мы поехали с матушкой в Москву и где-то встретились с Венедиктом Васильевичем причем он жил у друзей, на какой-то съемной квартире.

Они, естественно, поддали все хорошо. Приехали на метро куда-то в центр, там была большая церковь. То ли она была еще закрыта, то ли батюшка не пришел. Они с Авдеевым отправились в магазин, дабы обмыть потом, наверное, мое крещение. А я от них свалил. Я не помню, как я доехал обратно, плутал в метро.

Но зрительная память хорошая, и я добрался до этой квартиры. До сих пор содрогаюсь, когда вспоминаю, как они приехали. Они же вокруг этой церкви бегали, искали. А потом вспомнили, что как меня повезли, я почему-то заплакал — не хотел креститься. Ну, это одно и то. И поняли, что я просто-напросто сбежал. Ерофеев так жутко был зол, так на меня посмотрел — достаточно было одного взгляда.

И все, и больше он попыток не предпринимал меня окрестить. Хотя сам тогда был не крещеный. Он окрестился в католичество за четыре года до смерти. А сейчас не знаю. А вот окреститься… Надо. Теперь опять же страшно, как тому девятилетнему пацану. Я удивляюсь, что у других так все. В Караваево приезжает батюшка из Петушков.

И он крестит там, естественно, всех желающих: Ко мне подходят мужики: И ведь они потом действительно не ругаются, весь вот этот день. А наутро х…й через х…й. Вот это мне нравится! Я так не хочу, честное слово.

SHOW SOME MERCY - Undertale #1

Галька вон меня посылает. И друг у меня работает, монашествует, в Юрьев-Польском районе. Он мне даже крест привез, освященный где-то там в Иорданях. И уже все-таки жизнь далеко за половину перешагнула. Но чего-то я… То ли ответственность. Вот знаешь, не могу я объяснить. Так что я нехристь еще. С меня спрос мал. Вот мы этим и прикрываемся. Пили, разговаривали, слушали музыку. Вы обращаетесь там конкретно к нашему общему московскому приятелю, он общественный активист и человек, имеющий к протестному движению прямое отношение.

И тогда реакция была негативная даже не только у так называемых "ватников", но и у людей, которые к нашему общему с вами кругу относятся, это касалось критики вашего высказывания про "Макдональдс" и про интернет. Почему-то это вызвало у всех страшное… Ирена Карпа: И тогда еще не знали, что появится "запрещенка". Я, извините, как в воду смотрела, к сожалению. То есть я всегда за то, чтобы у людей было что поесть, как каждый нормальный украинец, но это сейчас очень страшно.

Мне, например, мой друг, гид в Барселоне, рассказывает, что у него все время появляются какие-то русские клиенты из Москвы, и они просто панически скупают то, что сейчас называется запрещенкой.

Я помню в детстве дефицит, и они тоже везут… Но это, извините, маразм! Это круче всякого интернета по талонам и "Макдональдса" за забором, когда там жгут живьем гусей или давят сыр и фрукты. Такой маразм сложно было год назад представить. Я не мониторила, насколько эти вещи поддерживают простым русским человеком, но я думаю, что это не влезает ни в одну мало-мальски здоровую голову. Они мало поддерживаются простым русским человеком.

Существуют петиции с массой подписей за отмену этого процесса. Я бы сказала, что русских людей санкциями на напугаешь продуктовыми, потому что все помнят голод начала х годов, но чтобы собственное правительство начало уничтожать еду в стране, которая гордится своим военным прошлым, это просто когнитивный диссонанс.

Те, кто пережил блокаду Ленинграда, - это вообще как? Просто матрица должна быть у человека. Да, в Питере были самые тяжелые реакции. Ирена Карпа Фрагмент ролика: Я знаю, что ты как раз не "ватник", и тебе мало что можно сказать о настоящей ситуации. Я просто хочу поблагодарить тебя, твоих друзей, всех тех, кто похож на тебя, за то, что у вас хватает смелости, будучи в такой тоталитарной, очень сложной стране, все-таки выходить на протесты, помогать тем, кому плохо, рассказывать правду.

И рано или поздно, я уверена, мы все вместе добьемся того, что империя рухнет. А вам нужно просто максимально рассказывать другим, что телевизор — это зомби, что людям говорят постоянную неправду, что нужно просто анализировать информацию, какие-то другие… Я не знаю, есть ли сейчас в России возможность, у вас даже интернет, по-моему, по талонам каким-то сейчас, уже не говоря о том, что "Макдональдс" закрыли, и есть больше нечего. Не знаю, листовки, наверное, пишите, как-то пытайтесь с ними говорить.

Потому что очень жаль, если те из вас, несколько думающих людей, кто остался в России, уедут жить куда-нибудь в Берлин, в Европу. Потому что это будет легко, я вас пойму, друзья, если вы это сделаете, потому что это сейчас очень непростая страна.

Многие из вас хотят стать персонами нон-грата, но все-таки попытайтесь до последнего проводить какую-то просветительскую деятельность. И вообще, очень смешно — я сейчас говорю по-русски, притом что ты разумеешься украинску мову. Рано или поздно тюрьма народов падет, и будут жить просто свободные, уверенные в себе, счастливые люди. Скажите, а вы, как ныне автор сатирических мультфильмов, не хотели сделать про еду какой-нибудь мультик? Про еду… Ну, шел московский партизан, нес под мышкой пармезан.

Извините за банальность, было бы смешно, если бы не было так печально. А с другой стороны, это уже та мера издевательства, которая должна была самого зашоренного человека, который молился на телевизор и бил поклоны портрету Путина, как-то прояснить что-то в его голове. Это же просто какой-то геноцид против собственного народа психологически начинается! Такое впечатление, что в один прекрасный день Путин с Медведевым выйдут из Кремля, обнявшись, и скажут: Пока что это проходит.

И меня это удивляет! Не все же люди от сохи, несложного психического конструкта, читали только букварь в детстве.

Песни Телефонный роман и клип Видеоклип Андрей Гуров-Телефонный романЛасковый май

Очень много отличных, образованных людей, не только из оппозиции, но и из тех, кто лояльны власти, и они же тоже соображают. Как они могут позволять так над собой издеваться — мне этого не понять. Мне кажется, дело в том, как медиа это подают. Нормальных людей в России достаточное количество, но из-за медийной ситуации кажется, что голос идиотов очень сильный. Хочу вас спросить о чудесном мультипликационном проекте.

Как вы всю эту историю про "ватников" придумали? Это вообще была не моя идея, это была идея программы, которая вошла в копродюсинг, и потом даже канал подавал в суд на дочернюю контору, чтобы они не позорили, потому что такой антироссийский ролик, как им показалось, они не согласны были выдавать. В общем, сложная была ситуация. Но все началось. Они сняли уже до того два мультфильма про гуманитарную помощь, которая шла из России, где там Янукович выглядывал, а потом мне предложили целостную какую-то историю делать, чтобы это переросло в сериал.

И самое смешное, что человек, у которого появилась вся эта вещь в голове, он из Москвы, а работает здесь в медиа. То есть это не бандеровский заказ был смеетсяа как раз из России ноги росли. Мне очень понравилось, и я не ожидала такой реакции, что это зацепило людей, о которых речь и не шла. Мне после первой этой мультяшки о каком-то мужике, это чмо в трениках, которое сидит, чешется и смотрит телевизор, ест котлету, которую жена приготовила, - мне начали писать возмущенные женщины: Но я такого не увидела, а это просто образ такого недумающего человека, который верит телевизору и ищет смысл жизни в агрессии, которая, в свою очередь подогревается с экрана.

НуЮ были взорваны все ютьюбы комментариями, как следует убить мультипликатора, каким способом. А потом это пошло дальше, мы сняли 10 серий.

Это не очень дешевое удовольствие, к сожалению, и если улучшится финансовая ситуация, проек будет существовать и. Очень странно, что это вызвало много негатива даже с украинской стороны. Говорили, что и так у нас непростая ситуация, а вы этим стимулируете раскол, говорите, что восток ужасный, а запад классный. Хотя об этом вообще не шла речь. Из-за этого мы сделали мультик о "вышиватниках", чтобы как-то уравновесить. Это вызвало еще больше общественного возмущения — на своих теперь наехала.

На самом деле, сатира — это такая вещь, никто никогда не будет счастлив, потому что люди узнают себя, а если не себя, то своих соседей… Мультфильм Ирена Карпа: На самом деле, намного большую проблему я вижу в том, что люди, которые на Майдане кричали о люстрации, наказать всех виновных, мы все поменяем, эти люди сейчас покупают на себя и своих детей по 70 квартир, ставит своих детей-мажоров директорами… Вот один музыкальный мультик, кстати, как раз об этом — о политиках, "До побачення" он называется.

Я как-то молчать не привыкла, собственно, и я не очень думаю о возможных последствиях, но просто если людям что-то не стыдно делать, то любому писателю должно быть не стыдно об этом сказать, в какой-то художественной форме донести это до зрителя, читателя.

Я хотела спросить о ваших художественных пристрастиях, литературных, музыкальных. Мне кажется, что вы девушка, увлеченная панк-роком, с одной стороны, какими-то женскими альтернативными фигурами, типа Сюкси; с другой стороны, у вас есть и романтическая сторона. А что касается литературного творчества, кто на вас повлиял? Буковски, Свифт… Ирена Карпа: Один из самых любимых авторов.

Когда о чем-то не великом можно писать настолько емко и метко. Хемингуэй, Буковский… Елена Фанайлова: Сартр, конечно же, Камю. Кто же в детстве не зависал на экзистенциалистах? И все-таки вы сатирик. Вы страдаете от этого своего качества, когда люди вас критикуют? Или вам нравится немного троллить общество, подкалывать и так далее? Я очень люблю, когда люди смеются. Когда люди смеются, они освобождаются.

Вся эта карнавальная культура — это очень правильно. Любая революция — это тоже карнавал, люди меняются. Когда ты запускаешь осознанную провокацию, есть шанс увидеть настоящее лицо человека, когда он не готов. Ты не задаешь ему вежливый шаблонный вопрос, и в голове есть такой листочек, с которого мы все это читаем, а человек как-то может показать себя хотя бы на секунду тем, кто он есть на самом деле, может не удержать себя в руках, не быть такой вежливой сволочью, а показать, какой он.

Мне очень нравится писать смешные тексты, больше. Намного важнее, если мне расскажут, что кто-то сидел в метро и хохотал на весь вагон, читая мою книжку, чем если бы про меня десять именитых критиков написали хорошие рецензии. Потому что я живу здесь и сейчас, и мне важно, что я делаю для своего читателя. Смех — это свобода. У людей и так очень много своего груза каждодневного, и если можно сделать, чтобы кто-то посмеялся, я так делаю.

Ирена Карпа в сценическом образе Елена Фанайлова: А Майдан был карнавалом? Как он вообще на вас повлиял? Майдан, конечно же, был карнавалом.

Сначала это развивалось как такая правильная тусовочка: Потом карнавал, конечно, начал затихать, и что страшно, когда начинался реальный карнавал Средневековья, они же с казней начинались. К счастью, поменялась психология, украинцы вообще люди намного более миролюбивые, чем даже какого-то европейца вы сейчас выдерните его из обычной жизни; у нас не было побитых витрин, сожженных машин.

Посмотрите Грецию или любую страну, где какие-то социальные заварушки. Это было уникально тем, что, если надо было что-то сделать, чужую машину просто переносили мужики. Это очень украинское, на самом деле, - бережное отношение к тому, что это чье-то. Интересно, как это работало там, и очень обидно, что это не работает где-то в лесу, где люди почему-то оставляют после себя кучи мусора, не понимая, что все это тоже.

Но эти пережитки совка еще, наверное, очень долго придется искоренять, что нет общих подъездов, где можно мусорить, нет общего леса, который можно загадить. А как Майдан изменил меня… Если выражаться пафосно, наверное, я поняла, почему родилась именно. У меня были в самом начале какие-то спичи, это было очень страшно, потому что аудитория была впервые в жизни тысяч человек — на Европейской площади, и меня не учил никто говорить, у меня нет ручного политтехнолога. Я просто говорила то, что было у меня в голове, что хотелось такому же простому человеку, как я, сказать, у кого мозги.

И слышать свой голоса здесь, и слышать там — это было очень стремное такое, сюрреалистическое ощущение, что ты слышишь свой голос два раза — здесь и из колонок. Но это было очень хорошо, и то время, мне кажется, это вдохновило многих людей. Какие-то не пафосные, разученные, написанные кем-то слова, а что ты думаешь сам и сказал бы своему другу. Это было, что я говорю и сейчас россиянам. Почему люди, нормальные, умные, не злые, щедрые, почему вы позволяете с собой так обращаться какой-то кучке людей, которые вас держат в страхе?

Это был мой месседж. Все мы с нашим опытом, достижениями, детьми, друзьями, с тем, чем мы гордимся и что мы есть, почему мы позволяем кому-то с собой обращаться как с быдлом? И это попало в точку, потому что это каждый ощущал в тот момент. Каждый ощущал, но русским это было обидно слушать.

Первая причина — у вас получилось, а у нас не получилось. Я протестное движение имею в виду. И возможно, обидно, что это говорит не человек из Москвы, а человек из Киева, что украинка указывает нам, таким умным, как нам себя вести, а мы не можем справиться со своими кукловодами. У меня даже маленькие дети мои, когда мой ролик какой-то был на Фейсбуке, трогательный, в три года они показывали на карту России и говорили: И мы поддерживали "Дождь", когда его закрыли.

То есть, на самом деле, каждый человек, который имеет смелость выйти на улицу, на протест в России, он просто на вес золота, он круче, чем тысяча протестантов. Даже во времена Януковича. Мы все-таки себя не чувствовали в такой опасности. Я навсегда запомню эту бабушку, которая в каком-то провинциальном российском городе говорила: Она старенькая, ей где-то 90 лет, у нее грузинские какие-то черты есть… Когда у человека есть сила духа, это мы готовы поддерживать, насколько.

«Телефонный роман» (Гуров Андрей), текст песни. islam-explained.info

Для меня свобода являлась всегда первоочередной ценностью. Это заезженная истина, но если человек выбирает между хлебом и свободой хлеб, то он очень скоро останется без всего, даже без хлеба. Что вы думаете о ситуации на востоке Украины и людях, которые там живут?

  • Михаил Лабковский: Когда вы хотите решить проблему одиночества, не выходите замуж
  • Телефонный роман 1990 / Ласковый май
  • "Фрейд бы плакал"

Мысль, которую я слышу во время моего пребывания в Украине, состоит в том, что главная вина лежит на России в информационной политике, которая проводилась. И отчасти вина Киева в том, что он позволял проводить пророссийскую информационную политику.

Люди там правда чем-то отличаются от украинцев, которые живут в центральной Украине, или на западе? Ну, все люди чем-то отличаются и чем-то похожи. Вот Жадан во Львове очень хорошо говорил, он больше знаком с регионом, он живет в Харькове. У меня много друзей оттуда, кто-то, кто здесь и так жил, и они по-украински говорят лучше, чем я, например, очень адекватные. Но вот родители… Моей подруги мама была директором школы в Донецке, русской школы с самым крутым украинским классом, который был там, дети брали всякие призовые места на Олимпиадах, и ей в свое время побили окна в школе, потому что он отказалась ДНРовские выборы у себя квартировать.

И мама ее сейчас здесь, она себя так и не нашла. Вся ее жизнь осталась там, все книги, библиотека, все социальные связи. Она часто ездит в Донецк, потому что там бабушка осталась, и она говорит, что людям очень сильно промыли мозги. Кому-то это было выгодно, чтобы это разрослось в такой конфликт, на котором сейчас удобно отмывать деньги, но тогда ситуация была другая — 70 процентов населения было абсолютно проукраинским.

Если бы в тот момент можно было честно проголосовать, 70 процентов сказали бы, что они хотят остаться в Украине. Как у нас проводятся выборы Янукович-стайл, мы знаем очень хорошо. Никак полагаться на те результаты нельзя, что у них прошли. Это были не выборы, а полный цирк. И люди очень классные. Те, кто приходил на этот фестиваль, это такие космополиты, которые там слушают нормальную музыку, читают книги, смотрят кино, путешествуют… Они абсолютно классные, нормальные люди!

Всегда будут люди попроще и люди посложнее, но они не отличаются. И я знаю, что за ЛНРовцев сейчас воюют парни из Тернополя, потому что им заплатили. Мои же друзья, которые воюют, поймали двух сепаров, а они из Тернополя.

Я никогда не делю мир на белое и черное. Я знаю, что много тех, кто никогда в жизни не пойдет в армию, и лидируют в этом как раз западно-украинские области. То есть там больше воюют как раз восток и центральная Украина.