Соционика прокофьева знаком он вам и да нет а с пушкин

Макс сенсорный и логический • Психология и соционика

http//:islam-explained.info, Прокофьева Т.Н. Знаком он вам? - И да, и нет. А. С. Пушкин в зеркале соционики. //Служба кадров, N 1. Прокофьева Т.Н., Удалова Е.А. Один из способов осуществления процесса дуализации. // Соционика, ментология и психология личности, N 2, Мифический зверь, представлявший лунный женский аспект, а также победу . Считалось, что, если на рог единорога капнуть ядом, он потемнеет. Леонардо да Винчи считал, что единорог — символ вожделений. . Третий, уравновешивающий знак, козерога, присущий вам самому.

Аристократичен и благороден, что вызывает в окружающих либо уважение, либо презрение и зависть. Иногда проявляет аскетизм в быту и любовных отношениях. Некоторые Орлы наделены способностью понимать окружающий мир и создавать новые социальные идеи, предвидеть события мирового значения, в которых стремятся участвовать. Хорошего исторического примера назвать пока не могу.

Сенсорный подтип Вепрь — рыцарь, вождь, победитель. Год Вепря — борьба, обострение и разрешение противоречий. Покровитель — Вертрана победа. Вепрь, как и Орёл — целеустремлённый идеалист, но за свои высокие убеждения сражается в прямом смысле этого слова.

Упорный, бесстрашный, решительный, неукротимый и самоуверенный, в то же время умеет спокойно и трезво оценить свои силы и выбрать цель. Подчиняется только высшей идее, людскую власть признаёт лишь в том случае, если убеждён, что она законна. Сам всегда стремится к лидерству, но охотно уступает руководство людям, в которых чувствует высоту стремлений и помыслов. Абсолютно уверен в своих убеждениях, но в мирной обстановке вполне может прислушаться к чужому мнению, оценить доводы разумного человека.

Умного Вепря начальство ценит, подчинённые обожают, а враги ненавидят и боятся. Росли дети, болели родители, появлялись и исчезали друзья, менялись мужья, начальство и политическая обстановка. С отношениями нужно было что-то делать, хотя бы понять, почему они складываются именно. Литература по психологии, посещение лекций, эзотерика, советы окружающих — все это не давало полной картины того, что происходит. Невозможно было понять ни причин, ни следствий. Каждый отдельный случай воспринимался как уникальный.

А ведь такой подход не позволяет накопить положительного опыта, потому что положительные результаты, полученные в предыдущих случаях, никак не могут застраховать от ошибок в новых проблемных ситуациях. Университетское образование, любознательность и живой интерес к жизни не давали авторам успокоиться, заставляли искать причины неудач в общении, нащупывать успешные методы в отношениях. Авторы встретились на поле соционики. Обе мы — и физик, и философ — точно знали, что мир познаваем.

Идя разными путями, но движимые решимостью познать механизмы взаимодействия нормальных людей друг с другом, а также с миром, после восьми лет самостоятельных поисков в области соционики мы наконец объединили свои знания и опыт. Оказалось, что нас обеих волнует проблема передачи соционического знания и его ассимиляции в культуре. Мы видели, как соционика помогает нам и нашим детям, и точно знали, что она в состоянии разрешить массу запутанных бытовых проблем.

В этом смысле можно сказать, что соционика открывает дверь в совершенно новое пространство, где чужая душа не является потемками, где понятны принципы построения отношений, где любая запутанная ситуация становится умопостигаемой.

Соционика открывает новое пространство там, где никто не ожидает увидеть ничего нового. Попробуйте убедить несведущего человека, что на специальной картинке за двухмерным, плоскостным изображением может открыться головокружительный трехмерный объем! Что он вам ответит на ваши объяснения? Так ведь это не ново! Мы имеем в виду не перспективу, мы в самом деле имеем в виду новое, многомерное пространство, сотканное из всем известных отношений, но наполненное совершенно иным, захватывающим смыслом.

А стало быть, с ее помощью каждый может семимильными шагами накапливать уникальный опыт, реально учиться как на своих, так и на чужих ошибках, не погрязнуть в пучине частных случаев. Кроме того, становится понятным, как эффективно передавать этот опыт другим людям. Каждый, кто освоил соционику, обычно бывает очарован волшебным преображением окружающего мира. Люди, их поступки и мотивы этих поступков становятся более понятными.

Отпадает необходимость в самозащите и агрессии. Исчезает чувство вины и раздражения на партнера. А в ответ люди демонстрируют себя с самых лучших сторон. Казалось бы, такое замечательное знание — всем рассказать, и тут же наступит золотой век в человеческих отношениях.

Но за 30 лет существования клубов, чтения лекций, проведения конференций, издания журналов и книг по соционике она почему-то не стала общепринятым фактом культуры.

Видимо, при передаче этого знания упускаются какие-то исключительно важные моменты. В своей преподавательской соционической работе, как нам кажется, мы нащупали те существенные, но никем не отмеченные до сих пор особенности, которые помогают правильно и успешно освоить соционику как реальное, прикладное знание. Оказалось, что простое ознакомление с ней как с набором безусловно интересных сведений ничего не дает, кроме возможности похвастаться новыми словами в застольной беседе.

  • Психология и соционика
  • Публикации
  • Book: Уроки соционики, или Самое главное, чему нас не учили в школе

Для настоящего, полного и всестороннего усвоения соционических знаний необходимо эмоциональное проживание нового видения мира, принятие его в себя и даже достаточно серьезная перестройка своего мировоззрения. Только в этом случае соционическое знание становится ресурсом, на который можно опереться как в повседневных, так и в сложных жизненных ситуациях.

Но такого рода внутренняя, эмоциональная работа обязательно должна контролироваться опытным специалистом во избежание возникновения у человека новых комплексов и страхов, которые помешают правильно ассимилировать это знание.

В нашей работе при передаче соционических сведений мы используем каклогическую, так и эмоциональную подачу материала. После курса соционической диагностики наши ученики овладевают не только формальным набором знаний, но и с нашей помощью пересматривают основы своих нравственных представлений. Есть основания надеяться, что они не будут использовать полученные знания для манипуляций и достижения корыстных целей. Пройдя наш курс, они на практике убедились в интересной особенности мира, которая отчетливо видна человеку, знающему соционику.

Оказывается, что недостойные методы, используемые против других, автоматически отражаются на нас самих самым неприятным образом. Через наши руки прошла не одна группа. Теперь уже можно говорить об устойчивых и закономерных результатах и рассматривать комплексную подачу материала как эффективный метод обучения. Приходят новые ученики, но наша связь со старыми не теряется. Они активно применяют соционику в своей жизни, открывая все новые сферы ее приложения, тем более что неосвоенных сюжетов еще более чем достаточно.

Большинство из тех, кто учился у нас, с удовольствием ведут исследовательскую работу, записывают свои наблюдения, рассказывают о своих открытиях на наших встречах. Не перестаешь удивляться тем новым ракурсам, свежему взгляду на обычные бытовые ситуации, которые высвечивает правильно усвоенное соционическое знание.

Соционика помогает им принимать правильные решения в конфликтных ситуациях, понять, что в них зачастую нет виноватых. Наша книга — не учебник соционики в классическом понимании этого слова, а итог долгой практической деятельности.

Теоретические основы даны здесь конспективно, только для того, чтобы читатель мог понять основную тему урока. Тем, кто захочет более подробно ознакомиться с теорией, мы рекомендуем обратиться к предыдущим книгам соционической серии. Перед нами стоит другая задача. Мы хотим обратить внимание на процесс эмоциональной передачи и восприятия этого знания.

Мы убедились, что комплексная подача материала делает усвоение его эффективным и необратимым: Именно нравственные уроки, которые извлекают наши ученики в процессе занятий, являются основной темой нашей книги. Хочется верить, что ни один урок не прошел даром, что богатый потенциал соционики стал нашим общим ресурсом.

Надеемся, что нам удалось передать в книге наш взгляд на соционику и на ее место в современной культуре, хотя бы в какой-то мере воспроизвести ту атмосферу, которую мы сознательно создаем на наших занятиях. Книга построена следующим образом. В первой части приведены наши размышления о развитии соционики, о ее предмете и методах, о правильной интерпретации соционического знания, возможностях и трудностях его ассимиляции в культуре.

Удаловой совместно с Т. Прокофьевой в Институте социологии РАН в г. Методически он отрабатывался совместно с Т. В дальнейшем совместно с А. Берлянтом была разработана этическая компонента этого знания. В настоящее время авторы ведут совместное преподавание курса соционической диагностики, постоянно совершенствуя методы передачи этого комплексного, четырехкомпонентного знания.

В третьей части наши читатели познакомятся с фантазиями авторов о том, как будет устроено соционически грамотное общество, какие проблемы будут разрешены и исчезнут как тяжелое наследие прошлого, в котором царило соционическое невежество. В приложении даны некоторые размышления наших студентов о том, что дала им соционика, написанные ими по окончании курса, а также приведены курсовые работы нескольких наших выпускников. Каждую из этих частей можно читать отдельно, причем в произвольном порядке, они вполне автономны.

Но если вы еще не знакомы с соционикой, ее законами и терминологией, целесообразно начать чтение со второй части, где хотя бы кратко изложены основы этого знания. Мы выражаем благодарность всем нашим ученикам, которые проявили определенное мужество, предоставив фрагменты своего жизненного опыта для соционического анализа.

Их истории побуждали нас к рассмотрению новых проблем, к исследованию новых ракурсов уже известного материала. Особая благодарность тем из них, кто записал свои соционические наблюдения и размышления по поводу эффективности соционического знания мы приводим их в конце книги.

Такая обратная связь помогает нам корректировать и совершенствовать наш курс. О принципах соционики Несколько предварительных замечаний С тех пор как изобрели речь, люди не могут договориться друг с другом.

Хенрик Ягодзиньский Исторически сложилось так, что вокруг соционики с самого ее зарождения кипит клубная жизнь. Для науки это и хорошо и плохо. Хорошо потому, что это способствует ее популяризации, привлекает молодые силы, подсказывает интересные сюжеты для дальнейших исследований.

О псевдонимах В частности, очень распространено изобретение новых терминов и псевдонимов для соционических типов, которые якобы лучше отражают положение вещей. Их авторы почему-то думают, что через три месяца знакомства с соционикой после прочтения трех газетных статей они лучше усвоили предмет соционики, нежели те, кто занимается ею десятки лет.

Им кажется, что без решения этих вопросов невозможно дальнейшее развитие соционики. Видимо, по их представлениям, все приверженцы старой системы псевдонимов и терминов должны либо согласиться с их аргументацией, либо вымереть, чтобы наука наконец могла двинуться. В этой книге, как и на своих занятиях, мы использовали самую раннюю систему псевдонимов типов, предложенную Аушрой Аугустинавичюте на заре становления соционики.

Ее не критиковал только ленивый, но у нас есть свои аргументы в пользу этого решения. Предлагаем их вашему вниманию и после этого будем считать вопрос исчерпанным, поскольку, с нашей точки зрения, он не стоит того, чтобы вокруг него кипели такие страсти.

В конце концов, это всего лишь тот консенсус, к которому, по идее, все должны были бы стремиться. Мы пользуемся шестнадцатью классическими псевдонимами cм. Из уважения к Аушре и к тем поколениям социоников, которые с года наработали огромный смысловой и образный материал вокруг каждого из этих названий. К тому же хочется, чтобы ученикам был доступен клубный фольклор ранних соционических времен. Еще не осмыслено в полной мере, что заставило Аушру — экстравертного интуита — выхватить из потока информации эти звукосочетания.

Нам приходилось наблюдать, как человек, впервые услышавший псевдоним своего типа, принимает его как комфортное, в чем-то совпадающее с представлением о самом себе, название. Причем он может ничего не знать о прототипе. Так иногда мы говорим, что имя очень подходит человеку, а иногда —. Отнесемся к этому внимательно. За каждым из псевдонимов стоит определенное семантическое поле.

Все эти имена давно существуют в культуре и для человека, выросшего в ней, несут в себе определенные ассоциации.

Book: Уроки соционики, или Самое главное, чему нас не научили в школе

И этим они выгодно отличаются от аббревиатур — ведь их невозможно перепутать между. Кроме того, авторы часто представляют рукописи с ошибками в аббревиатурах. Кажущееся наукообразие сильно затрудняет восприятие текста на всех этапах. Редакторы должны хорошо знать соционику, чтобы выловить эти опечатки. В скобках — о научности. Там, где никаких комплексов по поводу ненаучности нет, например, в физике элементарных частиц, названия непредставимых для обыденного сознания явлений ученые стараются хоть как-то приблизить к знакомым образам.

Все эти слова помогают работать в том удивительном мире, который начинается за порогом квантовой механики. Не следует до такой степени поощрять свои комплексы.

Чем жестче понятие, тем уже область его определения. А ведь понятие типа — довольно широкое и распространяется на все области жизни. Именно поэтому оно не укладывается в узкопрофессиональное определение. Из названия нам понятно, что он склонен все классифицировать. Но ведь нельзя сказать: Подобная фраза воспринимается как необоснованная и довольно странная.

В этом случае вполне можно сказать, что для него характерен аналитический подход к миру, он склонен избегать агрессии и его настроение зависит от окружающего эмоционального фона. Совершенно ясно, что такая фраза ни у кого не вызовет недоумения. Авторы отдают себе отчет в том, что конкретные люди, давшие название типу, могли быть на заре соционики оттипированы неправильно. Но это не меняет для нас ровным счетом ничего, потому что процесс обучения соционике сейчас строится не на изучении биографии маршала Жукова или произведений Максима Горького и Бальзака.

При грамотном обучении на основе базиса Юнга и модели А у студентов должен быть сформирован целостный образ типа, за которым закреплен данный псевдоним. Практика тестирования и наблюдения дает представление о реальных проявлениях каждого типа, и этого вполне достаточно, чтобы работать с. Современные студенты подчас ничего не знают о конкретных людях, давших свое имя соционическим типам. И это освобождает нас от необходимости конфронтации как с приверженцами системы псевдонимов, так и с изобретателями новых слов в соционике.

Для тех же, кто поддерживает свой авторитет при помощи научной терминологии, всегда существует возможность обратиться к базисным названиям типов, которые никто не отменял. А когда он окончательно запутается, предложить таблицу перевода научных терминов на человеческий язык — лаконичный и образный, как и все живое. Старая система псевдонимов имеет недостатков не больше, чем любая другая. Но у нее есть неоспоримое преимущество — тридцатилетняя история существования.

На наш взгляд, у этих расхождений имеются вполне соционические причины. Принадлежность человека к определенному типу — явление вполне объективное, но для того, чтобы выявить этот тип, нужны определенные условия.

Во-первых, достаточная квалификация эксперта. А во-вторых, достаточное количество всесторонней информации. Что же касается публичных людей, то они, как правило, недоступны для непосредственного тестирования. Типирование фактически происходит заочно — по интервью, обработанным журналистами, по телевизионным выступлениям, подготовленным имиджмейкерами.

Как правило, на публику выставляется маска, тщательно продуманная в соответствии с теми или иными целями. Как практики можем со всей ответственностью утверждать: К тому же выдаваемая информация тщательно дозируется и часто не содержит всего базисного набора признаков. Таким образом, фактов оказывается недостаточно для достоверного определения типа. Тогда они достраиваются с помощью воображения или по ассоциации с персонажами, тип которых уже определен.

Разночтения в типах литературных персонажей тоже понятны. Авторы часто допускают неточность в соционическом смысле прорисовки характеров героев. К тому же от вымышленного персонажа невозможно получить дополнительную информацию, которая в реальной жизни, напротив, всегда доступна. В связи с этим точная диагностика типа персонажа иногда не представляется возможной. Но не надо переносить эти трудности на реальную жизнь. Ведь живого человека специалист-соционик может не только наблюдать со всеми его реакциями, но также и задать ему грамотные вопросы, чтобы получить надежную информацию и сделать вывод о его соционическом типе.

Еще одна важная причина расхождений связана с типовыми ограничениями самого эксперта. Любой человек обладает конкретным набором признаков, определяющим его собственное восприятие. Соответственно, ему трудно адекватно оценивать проявление противоположных признаков у другого человека.

На этом поле возможны некоторые искажения в умозаключениях. С этим надо что-то делaть! Защитить от такого рода ошибок может работа в паре с партнером, обладающим дополняющими признаками. То, что слабо различается одним партнером, другим партнером в дуальной паре видится экспертно. И то, что один может не заметить, другой непременно увидит по своим сильным функциям.

В связи с этим дебаты о том, каков тип у известного актера который профессионально сыграет любой характер или у героя нашумевшего романа автор обычно приписывает ему те реакции, которых требует сюжетмы не считаем особенно продуктивными.

Ваши любимые символы? • Психология и соционика

Это не более чем одно из соционических развлечений. Поэтому нам кажется, что не стоит относиться к заочному типированию публичных людей как к истине в последней инстанции. Тем более что вопрос о том, к какому типу относится тот или иной кумир, не является определяющим в соционике. Типирование публичных людей не является ни показательным, ни важным для соционики, поскольку проходит в некорректных условиях. Об интерпретации терминов Еще одним принципиальным вопросом является интерпретация основных терминов соционики.

Речь идет о Юнговских признаках: Общий смысл этих понятий достаточно ясен. Но перекосы и вульгарные трактовки, с которыми то и дело приходится сталкиваться, требуют наведения терминологического порядка в этом вопросе. Отметим лишь наиболее часто встречающиеся смысловые искажения и неверные трактовки этих понятий. Те, кто только начинает изучать соционику и узнает, что люди делятся на этиков и логиков, часто впадают в соблазн упрощенных толкований.

Рейтинг "10 версий". Мера учета надежности

Можно услышать, например, такое мнение, что этикам нечего делать в науке, потому что они не умеют думать. Однажды в одной из наших групп на самом первом занятии мы услышали от потрясенного логика такую фразу: О них иногда говорят как о невоспитанных, неуклюжих, черствых людях, не способных к тонким сопереживаниям. На самом деле нет такого этика, который не был бы способен выучить таблицу умножения или посчитать сдачу в магазине. И нет такого логика, которого нельзя было бы научить здороваться и быть внимательным к своим близким.

Понятно, что здесь каждый играет не на своем поле, но в рамках общечеловеческой культуры бытовой уровень освоения этих навыков вполне может быть достигнут даже по слабым функциям. Когда мы говорим о различиях между логиками и этиками, они касаются другого. Прежде всего, речь идет о способности к творчеству, которое, несомненно, продуктивнее проходит по сильным функциям, нежели по слабым.

Помимо этого есть еще важная, но трудноопределимая без должной подготовки черта. Это основной канал, по которому человек воспринимает такие глобальные культурные реалии, как сфера логических смыслов и сфера нравственности.

И этики, и логики по своим сильным функциям уверены в их абсолютной реальности. А вот по слабым функциям они не воспринимают этих реалий всерьез. Логики уверены в том, что причинно-следственные связи существуют в мире объективно. Смысл для них — понятие реальное, оно может присутствовать или отсутствовать в каждом конкретном утверждении. Это — сущность, которую нельзя игнорировать и которая не зависит от произвола субъекта. И с какими бы квазилогическими построениями ни пришлось столкнуться логику, он сразу же может определить разрывы смыслов и провалы в рассуждениях.

Таким образом, он всегда может отличить осмысленные утверждения от бессмысленных. Этики, конечно же, не станут спорить с тем, что причинно-следственные связи есть, но подсознательно они ожидают, что при очень большом желании обстоятельства можно изменить, конкретные факты просто проигнорировать или сделать из них любые выводы.

Главное, чтобы был кто-то, ради кого это стоило бы делать, или горячее желание видеть вещи именно такими. А правила и законы они в глубине души считают просто конвенцией, которая, по всей вероятности, могла бы быть иной. При подписании договора один автор-этик произнес такую фразу: Чем несказанно потряс заведующего редакцией, который, как вы догадываетесь, был логиком.

Понятия божественной любви, идеалы гуманизма, нравственности, незапятнанной совести, а также любви и дружбы обсуждаются ими с полным знанием дела и абсолютной уверенностью в их реальности. И за изменчивостью этических норм в разные исторические эпохи этик видит живое содержание этической реальности. Что касается логиков, то им, со своей стороны, этические нормы кажутся конвенцией, которая вполне могла бы быть другой, но оказалась оптимальной для выживания в данных исторических условиях.

Им трудно поверить, что за разговорами о совести и идеалах в самом деле стоит какая-то реальная субстанция.

Женщина-логик как-то раз сказала своей подруге: